• Чувахов Владимир Иванович Когда деревья стали большими

    Владимир Иванович Чувахов

    КОГДА ДЕРЕВЬЯ СТАЛИ БОЛЬШИМИ

    /ПОВЕСТЬ С ПРЕТЕНЗИЕЙ НА ДОКУМЕНТАЛЬНОСТЬ/

    Из сотен выпускников средней школы № 11 я не знаю никого, кто не посадил бы хоть одно дерево. Парни и девушки тех далёких 50-60-х годов сегодня папы, мамы, дедушки, бабушки. А деревья переросли наши дома в Донском, городские пятиэтажки. Теперь же я с болью в сердце вижу, как их спиливают просто на дрова. Пильщики сегодня не могут отличить не то что один вид берёзы от другого, но и клён от ясеня. Они безжалостны, грубы, и у них хамский, жестокий взгляд, они без содрогания моют руки берёзовым соком. Ничего не могу с этим вандализмом поделать, разве что написать. Но имена вандалов-порубщиков мне известны, и я готов их назвать. Надеюсь, что мои публикации обратят внимание компетентные органы.

    1

    НЕСОСТОЯВШИЙСЯ ПАРК

    В конце пятидесятых – начале шестидесятых годов прошлого столетия нашу любимую речку Лесной Воронеж перегородили плотиной, а чтобы вода не подмывала школьные строения, её пустили по другому руслу. При этом отрезанный от Основного питомника И.В.Мичурина участок стал островком. Мы, старшеклассники, высадили в то время на плотине и на этом островке десятки деревьев. Получилась чудеснейшая зона отдыха. Сам остров молодёжь из Донского назвала Островом Любви.

    Выпускники нашей школы 1964 года во главе с учителями физкультуры соорудили на этом острове целый стадион с футбольным полем, который функционирует до сих пор. Но начало этой зоне отдыха было положено посадкой деревьев.

    Парк мы сажали на заливном лугу между Донским и «казаками». Высадили весной и осенью с лопатами, копали лунки. Наши великолепные педагоги, учитель географии Мария Романовна Черепова, ботаник Любовь Андреевна Грезнева поставляли нам посадочный материал, показывали на какую глубину закапывать корни, как их расправлять… Саженцы брали. Кажется, в зеленхозах города, железной дороги и в отделении «Коммунар» совхоза им. Мичурина. Когда саженцев не хватало, мы шли в лесополосы и сами заготавливали их. Теперь по дороге в Донское плоды рук наших хорошо видны и справа, и слева. Только жаль слышать мнение, что пора там всё порубить. Если, не приведи Бог, такое сделать, роща превратиться в болото. Ведь предрасположенность к этому есть: уже сейчас заметно подтапливаются две улицы Донского – О. Кошевого и Л. Чайкиной. Болото, как в давние времена, подбирается к улице Донской /бывшей 2-й Советской/.

    А мы-то мечтали, что будет здесь загородный парк с танцплощадкми, качелями-каруселями.

    2

    РУКОТВОРНАЯ КАНАРОЧКА

    Не падайте в обморок, географы и картографы Козлова-Мичуринска! Вряд ли вы знаете, что часть вод Лесного Воронежа долгое время текла от Донского на Рабочий посёлок под землёй, на двухметровой глубине, потом по ул. Кислородной на двухметровой высоте, а затем сбрасывалась у поселеньица Сальяны, недалеко от ул. Гражданской, её дальнейший путь – в каменку и – снова в Лесной Воронеж. Но прежде чем попасть в Каменку, река разливалась от Донского до станции Турмасово, заболачивая обширные луга и шикарные лесополосы. В этом болоте не я один карасей ловил. Огороды жителей 2-й Советской улицы были подтоплены, болота образовались посредине Донского. Жители жаловались властям, и тогда прокопали от болот «Нью-Каменку», которая соединялась с Лесным Воронежом в районе железнодорожной водокачки. Словом, откуда откачали воду, туда и вернули её, прогнав через полгорода. Новое русло жители Донского назвали Канарочкой. До сих пор в ходу выражение: добраться до центра Мичуринска через Канарочку.

    Воду Лесного Воронежа таким способом «гоняли» для удаления шлака с ТЭЦ.

    3

    КАК ПОЯВИЛАСЬ ДОРОГА В ДОНСКОЕ

    Историю дороги, идущей из Донского к центру Мичуринска, передам со слов старожилов.

    …Однажды поутру рабочие из Донского чуть не опоздали на работу в город. Дело было весной. Разлились Каменка и Лесной Воронеж, затопился луг между «Казаками» и Донским – ни проехать, ни пройти, а автобусы тогда в Донское не ходили. Этот маршрут был открыт только в 50-х годах прошлого столетия. Пришлось возвращаться и добираться до мест работы по железнодорожному пути.

    Но вот надоело мужикам ходить в обход, взяли они лопаты да вилы, сделали насыпь на дорогу, а для её укрепления посадили тополя, как когда-то Иван Владимирович Мичурин, сумевший таким образом защитить от воды свой сад, укрепив берег реки. До сих пор деревья служат людям, а некоторые упорно твердят: «Спилить их надо». Сделать это просто, а вот вырастить таких богатырей ой как трудно!

    4

    СПАСЁННАЯ ЛИСТВИННИЦА

    Четверть века назад, когда заселялись дома нашего двора в районе ул. Киевской, люди выходили с лопатами, вёдрами, носилками, убирали строительный мусор, разбивали цветники, высаживали рябинки, берёзки, липки. А учительнице школы № 21 Лидии Владимировне Князевой посчастливилось где-то достать саженец лиственницы. Прошли годы, и сейчас это дерево вымахало выше крыши пятого этажа. В городе оно единственное в своём роде. Его адрес: ул. Липецкая, 1. Холили лиственницу соседки: сучья подрезали, поливали.

    И выросла она в стройную красавицу, но не всех радовала. Один из владельцев квартиры в доме ЖСК № 10 решил спилить дерево по той причине, что его ветви соприкасаются с остеклённым балконом. Поставил мужик местным ханыгам бутылку самогона «от Юльки», те вооружились ножовкой, топором и было приступили к чёрному делу, но вмешалась Лидия Владимировна, сумела отстоять своё детище. А о том неприятном случае напоминает рана на стволе дерева, оставленная пилой тех, кто за поллитра был готов погубить красоту.

    5

    С БЕРЁЗОВЫМ СОКОМ

    Однажды /вот «счастье» подвалило!/ избрали меня председателем нашего ЖСК. И началось: «Ты посмотри, сколько окурков под окнами… Ты загляни в подвал – сколько там всего навалено!.. Трубы потекли! Крыша прохудилась!.. Я из-за этих разросшихся деревьев видеть перестала, в квартире темень стоит и сырость!.. Спили их!..»

    Что делать? Надо было вынести все эти вопросы на собрание жильцов. Однажды прихожу пораньше с работы с надеждой, что сегодня, наконец, позаседаем и обсудим все наши наболевшие вопросы.

    Подхожу к дому и диву даюсь: глухая, без окон, торцовая стена пятиэтажки непривычно встречает меня своей оголённостью. А где же четвертьвековые берёзки-красавицы? Замечаю их на земле распиленными на двухметровые части. Отрубленные сучья аккуратно уложены кучи. Рядом с крупнозубой ножовкой, сделанной из пилы «Дружба-2№, и топором стоял местный плотник-столяр Виктор. Этот человек, уважаемый всем двором за готовность всегда помочь поправить подгнившие фрамуги окон, заменить двери, стоял весь раскрасневшийся м вспотевший. Спрашиваю: «Зачем спилил деревья? Ты их сажал?» Виктор дыхнул на меня водочным перегаром и без тени смущения ответил: «Ильич велел». Ильич, высокообразованный инженер-электронщик, жилец трёхкомнатной квартиры на пятом этаже. Он и его жена принимали самое активное участие в озеленении двора. Кроме того, Ильич был членом Совета нашего ЖСК и первым отказывал старушкам в их просьбе спилить деревья, затеняющие их квартиры на первом этаже. Ильич – человек непьющий, благородный. Гляжу, подходит. Настроен амбициозно. «Как же так, - спрашиваю, - чем тебе, Ильич, берёзки на пятом этаже помешали?» «Да они в ветреную погоду стучат сучьями в стену, отдыхать мешают…»

    «После меня – хоть потоп!» - так я подумал, когда узнал, что Ильич продал свою квартиру и куда-то уехал. А старушки с первого этажа, не получив разрешения на спил деревьев, вкруговую содрали кору с берёзок у основания дерева в надежде, что те засохнут. Но их надежды не оправдались. А вот сантехник Володя, сосед Ильича по этажу, нашёл компромиссный вариант. Пошептался о чём-то с электриком, тот надел монтёрские когти, влез на берёзы, аккуратно спилил сучья. А заодно крупную ветку подтянул к своей лоджии. Теперь каждую весну набирает полные бутылки целительного сока. И не надо за ним никуда ходить. Выходит, не зря сажал берёзки 25 лет назад…

    6

    АСТРЫ С ГРЯДКИ УЧЁНОГО

    Довелось как-то побывать в отделе цветоводства Всероссийского научно-исследовательского института садоводства у Маргариты Филиповны Киреевой. Сотрудницы отдела, выпускницы наших вузов /агроуниверситета и педагогического института/ рассказывали о цветах радостно, с восхищением, взахлёб делились, как их выращивать, как за ними ухаживать. А потом девчата пригласили меня в лабораторию и насыпали пакетиков двадцать семян астр и написали на них: «бордюрная алая, бордюрная синяя, фиолетовая, розовая, золотистая…» Всего было окрасок пятнадцать».

    Года три хранились у меня семена на лоджии – всё было недосуг воспользоваться добрым подарком наших учёных-цветоводов. Но как-то, проходя по двору, заметил в полисадниках наших пятиэтажек цветы. Разговорился с соседкой-пенсионеркой, выращивавшей под окнами бархатцы и золотые шары. И тут вспомнил про подарок. Засомневался, проснутся ли семена, столько времени хранившиеся и в жаре, и на морозе.

    Но решил рискнуть. И вот перекапываем мы с соседом участок земли под своими окнами, боронуем, делаем бороздки, проливаем их водой. Зову Марину, жену соседа, мастера завода «прогресс» Олега Ананьева, чтобы она с лёгкой руки посеяла астры. Чего-чего, а работать с цветами женщины любят.

    …Астры взошли буйно. Старушки из нашего дома раздёргивали их, рассаживали, поливали, подкармливали. А в конце августа астры дружно расцвели. Все поздравляли друг друга с успехом, с тем, что Господь помог появиться на свет таким чудесным цветам.

    Но недолго радовались мы. Уже утром первого сентября на делянке перед домом не осталось ни одного цветка. Только втоптанные в грунт остатки стеблей и листьев. Я заметил, что цветы были срезаны. Кто-то в ночь на первое сентября постарался.

    Вышли мы из дома вместе с Олегом – обомлели от увиденного. Идём к гастроному «Мичуринск», возле которого собирался импровизированный рынок. И вдруг меня что-то словно в грудь ударило – я увидел в ведре с водой свои астры, из которых бойкая старушка формировала букеты девочкам в белых фартучках. Подходим к торговке:

    - Мамаша, откуда цветочки?..

    - С моего огорода, - отвечает, не моргнув глазом. Но вдруг забеспокоилась6 глазки забегали, суетливо повернула фартук и стала рассовывать по карманам мятые рубли, трояки…

    Участковому долго объяснять не пришлось. Он достал бланки протоколов. Но тут что-то отвлекло наше внимание, мы отвернулись, а торговки тем временем и след простыл. Она успела выплеснуть из ведра воду с оставшимися цветами и удрала.

    …Вот думаю, что ещё можно в наших дворах сделать. Поставить бутылку экскаваторщику да пруд выкопать? А рыбачок Витька-сантехник туда ротанов запустит – живучая рыба.

    7.

    К ТЁЩЕ С БЛИНАМИ?

    В этот вечер сосед Костя, затянувшись «Примой и поудобнее расположившись на лавочке у подъезда, рассказал мне необычную историю из своей жизни. Необычную потому, что прежде баловал меня шофёрскими байками, которые я позже оформил на бумаге. А тут получилась улыбчивая история из Костиной личной жизни. Говорил он не спеша, не взрываясь в критических ситуациях, а если и проскакивала шутка. То сам никогда не улыбался. Только затянется дымком сигареты или новую раскрутит. А тут я увидел, как мощно прорезались морщины на лбу пенсионера-курильщика и сошлись складочки в уголках глаз у висков. Он начал философски, взглянув на раннюю луну августовского тёплого вечера.

    В народе говорят: чтобы мужчине состояться как мужчиной, ему надо построить свой дом, вырастить сына, посадить дерево. А как состояться женщине женщиной? Вот этот вопрос не давал мне покоя с самой весны. В апреле я узнал, что бабушка под окном внучкиной комнаты решила спилить берёзы, которые якобы сильно тенят помещение, и поэтому лицо девушки стало угристым. Внучка поднялась на защиту своих ровесниц-красавиц: «Не позволю!» Конфликтную ситуацию удалось погасить на корню, что называется. Но трудов это стоило мне не малых. И до поры – до времени я сомневался – на долго ли?..

    Дело в том, что бабушка, моя тёща, рано стала вдовой с жвумя дочками. Чего ей стоило вырастить их, дать им, прямо скажем, элитное высшее образование, поставить новый дом на место старого /так она с мужем по молодости лет мечтала/ - одному Богу известно. Сама же параллельно с семейными заботами тоже вуз закончила, бухгалтером на работе главным стала. Потом надоело вдовствовать – девчонки-то родненькие учились в других городах. Вышла замуж. Ну, сошлась с одним мужиком без фаты и белого платья, позвала к себе жить в дом. он принялся ухаживать и за домом, и за всей усадьбой: посадил сад, огород развёл. Благо, место позволяло. В честь женского пола /в порыве нежности ли, любви – не зню/ посадил перед домом три берёзки. А потом появилась и четвёртая: старшая дочь вышла замуж и родила свою дочку. Дед теперь сделал пристройку к дому с большим светлым окном – комната для внучки. «А пока, бабушка, мы тут поживём, - говорил он, - обживём, обновим…»

    Берёзка взростала под окном вместе с внучкой. Но тут что-то надломилось в отношениях дедушки с бабушкой: он стал выпивать – и они, что называется «перешли на глотку». И другая трагедия приспела. Не стало старшей дочери. Похоронили. Бабушка перенесла ещё один удар судьбы: сумела обеспечить внучке элитное образование в том же вузе, что и её мама – девушка стала дипломированным психологом дошкольного воспитания…

    Вроде бы состоялись женщины женщинами как бы по заветам для мужчин. Приспело время и младшей дочери – родила в качестве подарка своей маме внука. Но в честь него берёзка не была посажена – дедушки не стало. Внук, как стал побольше, вместе со своими папой и мамой посадили свои деревья. «Ну, ты понял, что я тебе про себя рассказываю?» Костя глубоко вдохнул дым сигареты.

    …Но вот бабушка решила зачем-то спилить деревья. Что нашло на неё? Может, возрастная причуда? Вроде бы возобновила подписку на местную газету. Без очков читать стала. Порадовались за бабушку, красиво отметили её семидесятилетие. Погоревали вместе с ней, слушая на юбилее её воспоминания, как в кровавые годы Отечественной войны они, девчата из нашего Яблонска, под бомбёжкой на товарной станции за городом людей спасали. А тут – берёзки спилить?! Пожаловалась девушка своему двоюродному брату, тот мне пересказал. Я вношу предложение: обсудить на семейном совете. И вспомнил за вечерним чаем одну историю из своей жизни. Как-то в командировке мне посчастливилось познакомиться с чудеснейшей семьёй механизатора из соседнего района, который в честь рождения своих сыновей сажал берёзки по меже огорода. Десять прекрасных деревьев росли на усадьбе. Я ночевал у этого тракториста дома и видел. А отец семейства обрёкся: «Родиться дочка – посажу берёзку в центре огорода. Да не такую как эти, а всем берёзкам берёзку!»

    - Зачем же в центре, пахать будет мешать?! – это бабушка на семейном совете прервала мой сказ.

    - А вот так сейчас и пашет, обходя берёзку, - невозмутимо продолжил я тогда. – Только выросла берёзка в огороде не совсем такая, что по периметру росли. Те пушистые, а это повислая.

    - Плакучая? – всхлипнула девушка, приложив платок к своим глазам, вспомнив бабушкино решение.

    - можно и так её назвать – иногда берёзки плачут, - говорю без тени улыбки, а сам больше поглядываю на тёщу. – Капает летом с их ветвей уже не сок, как весной из ранки, а пасока. Так что, девочка наша милая, плакучий символ родины сегодня безжалостно вырубается, и только одиночки пытаются спасти эту красоту.

    - так я открыла вчера вечером окно и слышу, как с берёзки с моей капает. Дождя не было, а капало с веток. Посмотрела – у камня земля влажная. Почувствовала берёзка, что бабушка спилить её хочет и заплакала! – и девушка опять принялась утирать глаза платком. Бабушка же своим глазом даже не моргнула. Только внук её немного посуровел лицом, а его мама, мне показалось, с укоризной посмотрела на свою маму и, придвинувшись к племянице, тоже приложила платочек к своим глазам и хлюпнула носом. Я, зная о хроническом гайморите своей жены, не обратил на это внимание. Бабушка была невозмутима. Подумалось, неужели очерствело сердце тёщи, как у тех, кто перенёс тяготы и лишение, выпавшие на долю всего поколения? Но у тёщи появился блеск в глазах. Не видел такого за все годы. Почувствовал, она сдерживает улыбку. Во, садистка! Но тут она взяла слово:

    - Да что же вы пирожки не едите? Для кого напекла? Вот и блины есть… Чай-то какой вам заварила – с мятой! На коробке три слона!.. – и мгновенно вернулась к теме семейного собора: - берёзки тенят окна, и землю – вон сколько сорняков ними вымахало… И крыша шиферная на доме и от сарае позеленела от осыпи берёзовой, скоро листы кровли рваться начнут…

    - Ничего, бабуля, с твоей крышей не случится. Ещё лет сто простоит, а вот сорняки подёргать бы надо, и землю в полисаднике вскопать, сучья подпилить не мешало бы – действительно тенят. Цветочки тенелюбивые посадить под берёзами. Твоей бы внучке самой похлопотать, а то всё на бабушку надеется.

    Бабушка, показалось, воссияла. Домочадцы привыкли к её постоянному строгому выражению лица. Работа главбухом большого учреждения наложила свой, особый, отпечаток. Тем более, бабушка приучила домочадцев за многие годы к своему строгому «Я – сама!»

    Дня через три бабушку зачем-то позвали к себе на работу её бывшие коллеги. Что-то «потребовалось» уточнить, выяснить. Об этом вызове похлопотал я сам. И мы все в этот день с утра остались без бабушкиного надзора. Женский пол приступил к уничтожению сорняков. Мужской – изготовил два трапа, вооружился и роволочными щётками и забрался на крышу. Шиферные листы были очищены. Потом сообща вскопали землю и посеяди с подливом семена астр. В июне поздновато, но если лето будет тёплым, к сентябрю можно дождаться звёздной красоты.

    В палисаднике и во дворе дома прибрались, мы с сыном успели и сучья лишние с берёз удалить. Девушке было и вправду невдомёк, чего стоит поставить дом или перекрыть крышу. Она же никогда не оставалась по жизни одна с двумя дочерьми на руках. А когда училась в институте, не всегда вовремя ходила на почту за денежными переводами от бабушки. И совсем не думала. Как эти деньги бабушке доставались. Та ночами шила модные пальто, по воскресеньям носила на базар и продавала. Когда я намекал студентке, что бабушка её учит, та надменно фыркала в ответ и резко отвечала: «Я сама учусь!» «Ну, - думалось в тот момент, - не хватает бабушке ездить в твой вуз сессии за тебя сдавать» И откуда только у научного сотрудника местного музея /бабушка по знакомству устроила/ с нищенской зарплатой такое отношение к материальным ценностям?! Легко всё доставалось. Берёзки ей жалко, а крышу над головой… Вот она выросла в этом доме, и не всё в нём вечно…

    - Домочадцы сделали своё дело, домочадцы могут идти на речку, - изрёк я. Ну, кто-то «ура!» закричал, подхватили полотенца, постилки и на берег – пляж.

    …Вечером бабушка гордо за чаем с пышками говорила, что на работе без неё что-то стопориться, она до сих пор незаменима. Мы же молча понимали, что дома с выпечками своими она также незаменима.

    Бабушка оставляла ночевать: «Зачем вы попрётесь к себе в многоэтажную коробку? – вопрошала, уговаривала, глядя на внука, - останьтесь, тем более завтра выходной. Внук, школьник, на каникулах, его мама, учительница в отпуске, могли позволить себе длительный отдых у бабушки. А вот внучка в счастье своём была беспредельна. Глядя на неё, бабушка хитро улыбнулась, глаза её в вечернем солнце блестели молодым светом, переливались, словно лучики светила меж листьев берёз. Может они сами и блестели? Бабушка изрекла, обнимая своего зятя, то есть меня: «Ну вот теперь и волки сыты, и овцы целы. Вам не пригрозить – не испугаетесь», - а сама незаметно сунула мне в задний карман брюк четвертинку «особой московской». Это была водка, которую выпускала наша пищевая промышленность добрую четверть века назад. Запасливая у нас бабушка!

    Через неделю было ещё интересней. За завтраком мой парень ни с того ни с сего спросил: «Пап, а что такое гречневые блины?» «Их, сынок, хозяйки выпекают из гречневой каши, сваренной особым способом. Или готовят тесто из гречневой муки, - отвечаю сыну.

    - А как муку сделать?

    - Гречку легко обжарить, в кофемолке смолоть – и будет тебе мука.

    Далее бабушкин внук о чём-то шептался со своей мамой. На следующий день уже были готовы гречневые блины. И был опять выходной день. Он совпал с каким-то религиозным праздником. Тут уж зятю деваться некуда, и я со всем семейством отправился не к тёще на блины, а с блинами внука к его бабушке. Заодно и в речке покупаемся, и позагораем. Приятель сына забежал перед отходом. Мы вышли в сквер у дома, сфотографировались с блинами на фоне зелёной красоты. Деревья здесь сажали и наши бабушка с дедушкой. Когда мы ели наши гречневые блины у бабушки, та спрашивала: «А что тот тракторист из дома под берёзками?» «Сыновья выросли. От них пошли свои дети, - отвечаю, - берёзы обсеменяться стали. На благодатной почве взросла молодая их поросль. Теперь за саженцами берёзок их дочка, удачно вышедшая замуж в Москве, гонцов шлёт. В Москве дачников много стало. Всем хочется на своих участках берёзки иметь! И не только плодовые!

    Мы всё чаще и чаще задаёмся вопросом, какими же возрастают наши дети вместе с теми деревьями, что некогда посадили? Ответ прост – большими! Но большими ли? Позвольте ещё немного сказать. И уже не о деревьях, а о единсвенном виде семейства люди царства животных – человеке разумном. Вроде бы разумно, который разумно и поступать должен. А на поверку?

    8.

    …ТЕПЕРЬ ПИШЕТ ДИССЕРТАЦИЮ

    После посадки осталось полмешка картофеля. Залежался он в сарае и подвял маленько. Зашёл сосед.

    - Чего ты держишь старьё, сгниёт, - констатировал, - давай в дело пустим.

    - Поросят завёл?

    - Да нет, одну вещь сделал.

    Перетёрли клубни, добавили муки, немного сахара. Разбавили тёпленькой водичкой, бросили в раствор дрожжей и выставили ёмкость на солнышко.

    … Через неделю, в выходные дни, решили попробовать, что вышло. Пена шла через края фляги. Весь пол веранды был покрыт в два-три слоя бабочками разных размеров и изумительной красоты. У некоторых был и такой рисунок, как череп с перекрещенными под ними костями.

    - Ну, набражничались, - добро проворчал сосед и взялся за веник. Смёл всех насекомых в угол. Протёр флягу. – Давай, пособи…

    Часть браги перелили в широкую кастрюлю и поставили её на газовую плиту. Наплаву внутри поставили эмалирвоанную чашку, а вместо крышки – таз с водой. Замазали глиной все дырочки. От одной спички и газ зажгли, и прикурили.

    Сосед всё ходил и щупал воду в тазу. Как согреется – менял.

    Тут группа студентов проходила с сачками. А с ними – преподаватель. Насекомых ловили. Зазвал их к себе сосед.

    Видели бы вы их счастливые лица! За какие-то минуты набрали ребята целын коллекции ночных бабочек. Бражницами называются. Каких только не было: и ночной павлиный глаз, и тополёвка, и даже мёртвая голова!..

    Сосед уже снял кастрюлю с огня и остудил в воде. Сбил глину.

    Руководитель практики, блеснув очками в золотой оправе, изрёк:

    - А попробовать, на что спольстились чешуекрылые, можно?

    - Отчего ж, - не возразил сосед и извлёк из кастрюли полную чашку резко пахнущего, ещё очень тёплого напитка.

    …Изучали соблазнительный для ночных бабочек напиток дотемна. Спали на полу дачи, в беседке, просто на садовых дорожках.

    На сбор коллекции насекомых студентам отпускалось три дня. Управились быстрее. Недавно узнал, что ребята на местном материале защитили коллективную курсовую работу «Как привлечь ночных насекомых для опыления растений на дачном участке». А их руководитель, ассистент кафедры зоологи, сделал её основой своей кандидатской диссертации.

    9.

    ЖИТИЁ СЕРЁГИ НОСАТКИНА, ИМ САМИМ НАПИСАННОЕ, И НЕКОТОРЫЕ ЕГО ПРИКЛЮЧЕНИЯ

    Жития, говорят сейчас не пишут. Но уж тут у меня так обстоятельства сложились, что может кто-нибудь и другой их изложить. Да в нежелательном для меня ракурсе. В газете городской только два слова про Юльку-самогонщицу пропечатали, так к ней сразу и милиционеры зачастили, и весь двор про ней разговор ведёт. Она теперь маскироваться стала. Напиток свой адский в квартире на дармовом газе выгонет и в гараже прячет. Мужики ей по телефону заказ делают. Она своего мужа посылает в гараж, тот нужное количество приносит к определённому времени. За наличку продаёт. Ну а кто в долг, под пенсию берёт – с того в полтора раза дороже. В цене вообще обнаглела. На «ямах» дешевле торгуют, но туда далековато. Особенно когда душа горит с похмелья.

    Да, теперь Юлька график получения пенсий по нашему кварталу имеет. И должников водит за ручку, как детей, на почту, в сберкассу. Они там на месте и расплачиваются. Некоторые пропивают всю пенсию целиком. Но мне это не грозит: я не пенсионер. Если уж кто меня и пошлёт к ней за зельем, то я бегу только после финансирования. Теперь я не только Серёга Носатик, а и Серёга-бегунок, за выпивкой, значит, всем бегаю. А мне гонцовские положены. Если повезёт, раз десять в день к рюмашке прикладываюсь.Носатиком меня прозвали от того, что нос у меня большой и красный. Два мои пацана – в меня.

    Ос-то у меня большой от природы, по наследству, значит, от отца, достался. А красным стал не только от выпивки. Тут случай такой был. Когда я ещё со своей семьёй жил, то с соседями по подъезду по утрам выходил на «дежурство». Сидим, значит, на лавочках, и ждём, кого бы раскрутить на выпивку. Наш подъезд какой-то остряк «мышеловкой» прозвал. Ни один платёжеспособный мимо нас проскочить не мог6 мы его всегда раскручивали. Особо к этому привык, когда с работы турнули. Сперва мы дежурили по выходным. Потом каждый день стали: все безработные.

    Так обленился, что ничего лучше «мышеловки» не хотел видеть. Потому что и выпить всегда есть, и дружки рядом. Соседи, кто посерьёзнее, про ребятишек, про тёщу говорили. А куда они денётся? Я ж всегда рядом. Ну, помогал ей к тёще в деревню за харчами сгонять. Чего ещё им надо? И ночевал дома. Она, правда, мораль мне читала, говорила, что пьяница и бездельник ей не нужен. Квартиру мы на двоих строили. Чего мне грозить, что выселит?

    Да, я про нос свой забыл рассказать. Сидим, значит, на лавочке поутру, курим. А Васятка с балкона своей квартиры из пневматической винтовки по воробьям балуется. В ДОСААФе он кем-то работал. Стрелял без промашки: воробьи прямо к нашим ногам падали. А тут он решил самокрутку мою отсрелить /мы махру курили – на «приму» денег не было/, да и промахнулся: попал аккурат в мой нос. За эту «шутку» я с него «потянул» водочки будь здоров! Да и дружки мои в накладе не остались. Только нос с тех пор вообще сизым стал.

    Жена, конечно, меня вконец запилила: чтобы пить бросал, чтобы на работу устраивался. Я пробовал сторожем на стройку. Не выдержал и выпил с мужиками. Уволили по собственному желанию… прораба. Цемент у него со склада увели. Я его не брал… Но выпивкой затак не угощают.

    Теперь я опять с утра у «мышеловки». Родители мои умерли. Я их похоронил и унаследовал двухкомнатную кооперативную квартиру. Перешёл жить в неё. Наследство хорошее. Поначалу продал свою аппаратуру. Потом ковры родительские, диваны там всякие. Накидки. Хотел денег на книжку положить – сыновья подрастают: старший, первач, во второй класс в школу пошёл. Сберкасса – не надёжно. Деньги надо в дело пускать. Ну вот я и покупал водочку. Думал ночью приторговывать. Дружки заходят. Моя квартира стала вроде притончика. Меня ребята уговаривают наливать в долг. Самому перепадало. Но по привычке меня «кидали». Дошло дело до дачи. По пьянке уговорили зимой продать её. Вроде с одним желающим в цене сошлись. Он даже аванс дал. Заходил ко мне несколько раз, но то я пьяный, то у него зарплаты нет. Потом пропал куда-то покупатель.

    Я с дружками весной помидоры посадил: сделал всё вроде бы чин-чинарём. И вот он в июле объявляется: «Держи деньги, - говорит, - и дача моя». Шута два, думаю. Я зачем всю весну горб гнул, чтоб тебе урожай достался? Стал я от него скрываться. А денежки потихоньку пропиваю с дружками. Потом на даче решили скрыться. Как только покупатель появился, я между рядами помидоров ложусь и посвистываю. Как скворец. Может, не увидит. А он наберёт помидоров-огурцов в сумку и в город уезжает. Мне что-то тоже оставалось. Я привозил домой, думал замариновать. Но всё уходило на закуску. Дачу пришлось отдать Деньги ушли.

    Остался должен за коммунальные услуги. Соседи сказали, чтоб сходился с женой, возвращался к детям. А квартиру продал и деньги положил под проценты на книжку. Но вольная жизнь есть вольная. Дружки каждый день ко мне, как на малину. Приходили, приносили выпить, закусить. Некоторые ночевали. Соседи припёрли: я один во всём доме должен был за коммунальные услуги за целый год. Председатель ЖСК грозился выселить силой, квартиру отобрать в погашение долга. Я и решил поменяться на однокомнатную. С доплатой, естественно.

    Поменялся. Они и долг мой погаили, и телевизор цветной в придачу дали. И деньжонок маленько бросили. Теперь живу в однокомнатной на пятом этаже. Из всей одежды моей остались юношеские зелёные брюки и зелёная рубашка. Я их после переезда обнаружил. Моему старшему впору пришлись бы. Но я сам их ношу теперь – больше нечего. Мужики во дворе подшучивают надо мной. Спрашивают друг у друга: «Не знаешь, почему у Серёги нос красный и одёжка зелёная?» - И гогочут. Ответ простой6 чтоб легче было в помидорах прятаться.

    Живут со мной двое, квартируют так сказать: один пенсионер, он не хочет в своё село ехать, а второй – слесарь-сантехник. Перебиваемся шабашками слесаря да пенсией. Но как только денежки появятся – у нас праздник. Ребята заскакивают с водочкой. Опять же праздник. Или я сбегаю для кого за самогонкой…

    Только вот по детишкам своим тоскую. По жене – тоже. Захожу иногда, но не пускают меня. Говорят, за ум ещё не взялся. А как за него возмёшься? Это ж не стакан с самогонкой. Вот пишу сейчас «Житиё», а самому с тоски удавиться хочется. Квартиранты мои куда-то на промысел удалились. Вот и я надеюсь: прочитает мои откровения моя благоверная, может, и не прогонит, как приду. Очень уж обрыдла мне вся эта моя дерьмовая жизнь, хоть и в своей квартире. Вроде бы и не голодный, и выпить есть.

    Ну, вот и всё – главное написал. Тут рядом живёт один журналист знакомый, его попрошу отнести моё «Житиё» в городскую газету…

    Ой, звонок. Мужики заскочили. Сейчас за водочкой пошлют. Сбегаю – душа у меня слабая…

    10.

    НЮКТОРН НА КЛАКСОНАХ

    Так уж случилось, что сейчас мне приходится целыми днями сидеть у окна, выходящего во двор. Это мой наблюдательный пункт. Вижу, как кучкуются мальчишки. Вот они мирно сидят за столиком на лавках и играют в шахматы, шашки, порой перебрасываются в карты. А вот с мячом идут в спортгородок профессионального училища поиграть в волейбол, баскетбол, соревнуются на полосе препятствий. Иногда собирают команду и направляются на площадку 23-й средней школы поиграть в футбол двор на двор. Вижу пацанов с хоккейными клюшками на плече, с перекинутыми через них на шнурках коньками. И голоса доносят разговоры о клёпанных коньках, о литых – какие у кого удобнее и надёжнее… Каток на «Олимпе» залили – и зимой у наших ребят есть где отдохнуть, развлечься. Ну и слава Богу!

    Ну иногда я, сидя за столом, вздрагиваю от неожиданности: взвывает сирена сигнализации на автомобилях, которые хозяева в изобилии паркуют прямо на узких проездах: то, как зверь они завоют, то заплачут как дитя. Вижу со своего места у окна выскочившего с пятого этажа озадаченного автовладельца с пультом дистанционного управления в руках, наспех заглатывающего свой непрожёванный обед… Вой или визг обрываются – всё в порядке, вора нет, просто кто-то потревожил поставленную на сигнализацию машину. А она беспокоила жителей, и они потихонечку начинают выходить на лавочки у подъездов и беззлобно ворчать на пацанов и незадачливых автолюбителей. А то и поругиваться.

    Но однажды кучкование наших ребятишек приобрело неожиданную для меня, наблюдателя, форму. Стайка пацанов увеличивалась, и я чувствовал, создаётся дружина. Встанут в кружок ребятишки, разбегутся и опять в кружок. «В прятки что ли готовятся играть?» - гадаю я, глядя из окна второго этажа. Так было до самых сумерек. Вернулась с работы жена. Она преподаёт у меня сольфеджио в музшколе. Это очень важно для моего повествования, мне-то все медведи передают по этой части. Переоделась и – к «вечернему огню» ужин готовить направилась. Ничто не предвещало нашего безудержного семейного веселья в сумерках.

    Открываю форточку, закуриваю, смотрю на ребятишек. Видно в потёмках плоховато. Подсвечивают окна дома. Вдруг кучка пацанов мгновенно распалась – они понеслись в разные стороны, но чувствовалось, у каждого есть цель. За пять минут до этого кто-то из них наигрывал на одной струне гитары «Нюкторн». Пробегая мимо легковушек, они ударяли ладонями по их стёклам, капотам, крышам, ногами по колёсам… Что тут началось!

    Началось… с ночного крика болотной выпи. Потом заухал филин, захохотала сова, как неврастеник захихикал ещё кто-то, заблеяла овца. В общий хор ворвался вой волка и лай голодного шакала. Захохотала гиена в предвкушении падали. Затрубил плавно слон. И дворняжки залаяли на все голоса. Казалось, всё орало, выло, звучало, мычало разноголосо, но была трудноуловимая стройность в этой какофонии. «Солировала» красная «десятка». Её поддерживал баритоном «мерин шестисотый» Игорька из семидесятой квартиры – к этим голосам я за лето привык и научился различать. Резковато, правда, но входила в ритм Лёшкина белая «Ауди»…

    Пацаны скрылись со двора. Но свято место пусто не бывает, его тут же заполнили с пультами в руках автовладельцы. «Оркестр клаксонов» прекращал своё выступление поэтапно.

    - А ты не услышал мелодию «Ночью в узких улочках»? – спросила появившаяся за спиной жена.

    - Было что-то трудноуловимое, - отвечаю, и моментально у меня в голове начинает стучать строчка из стиха Маяковского «А вы нюкторн сыграть смогли бы на флейтах водосточных труб?!» Наши дворовые пацаны га клаксонах его сделали!.. Ведь надо же было умудриться вычислить, у какой легковушки какой «голос» и какой продолжительности, и в какой момент по ней хлопнуть!

    Теперь в нашем дворе такого большого отстойника машин не бывает. А у вас во дворе не взвывают, не хохочут по ночам?

    11.

    ХОХМА ФИЗРУКОВ

    Поборы со студентов в колледже начались после прихода галочки преподователем. Интересная, статная женщина, общительная и голосистая, она сразу же «прорвалась» сквозь отборочное сито мощной городской самодеятельности на областной конкурс исполнителей народной песни. На её фоне потускнели успехи физкультурников, постоянных призёров областных соревнований: в числе лучших были и лыжницы, и легкоатлеты, и волейболистки. Хотелось главному физруку сделать футбольную команду, но девчачий коллектив колледжа ограничивал возможности. С успехом Галочки расцвела в колледже и художественная самодеятельность. Появились таланты, подтверждающие своё искусство на областном уровне. Возникла конкуренция певцов, декламаторов, танцоров – с одной стороны и спортсменов – с другой стороны. Гордившийся успехами своего коллектива, директор не жалел денег ни на костюмы, ни на инвентарь, ни на поездки. И всё было бы хорошо, если бы не завистливый и сварливый характер Галочки. Жадная была до денег. И уж больно не равнодушная к должностям.

    Ответить Подписаться