• Дорожкина Валентина Тихоновна, писатель
    • Lesovod Поэма № 2. Часть 1 и окончание части 3. Вся: Агент Тамбовских группировок дядя Фред – Википедии модератор, вошёл в неё, чтоб изнутри нести ей вред, для лжи…
      Lesovod

      Поэма № 2. Часть 1 и окончание части 3. Вся: contrsud.mybb.ru/viewtopic.php


      Агент Тамбовских группировок дядя Фред –

      Википедии модератор,

      вошёл в неё, чтоб изнутри нести ей вред,

      для лжи цензуря шельмовато

      Культ личности Дорожкиной в позор Тамбов

      вогнал абсурдностью своею,

      изобличить велел мне возмущённый Бог

      парадоксальную затею.

      Чиновничество, в азбуке стиха чужом,

      швырнуло звонко чин поэта

      Дорожкиной, в элиту влезла что ужом,

      верша беззубости без цвета.

      В тех виршах безыдейно-мелких и сухих

      души нет, но зато есть рифмы.

      Дорожкиной бюджет дают за счёт других! –

      Не можем одолеть сей риф мы.

      Ей в управлении культуры блат как сват, –

      мошенничает здесь подруга,

      книжонки переиздавая. Все ловчат,

      завязывая подлость туго.

      Враги литературы, Даллеса друзья

      и злой коррупции основа:

      то Ивлиева, Шанина, руководя,

      уничтожают жизнь Тамбова.

      Наседкин, Фёдоров, Дорожкина – лжецы

      и черви в органах культуры.

      От зависти Пегаса держат за уздцы,

      их бесят не свои аллюры.

      Дорожкина – от зла Почётный гражданин

      Тамбова, – верх дискредитаций

      людей известных… Лицемерию сродни

      их так порочит визг оваций!

      Ликует на тропе предвзятости конфуз:

      опять из тьмы пролез наружу

      коррупции и недомыслия союз, –

      в Тамбове Дума села в лужу,

      где телевидение плещется уже

      не замечая даже грязи

      в «подарочке» от Ивлиевой протеже

      в отстойник гордых несуразиц!

      Россию вновь позорит явный беспредел:

      то порнографоман Наседкин, –

      второй Туркевич от бюджета очумел, *

      за клевету едя объедки

      с Дорожкинского криминального стола.

      В стихах профан он, но – «прозаик»!

      Фантасмагория с печатью сорвала

      с тех маски, ложь что заказали

      ему, как председателю среды Союз

      писателей, где есть поэты

      и поэтессы-минусы. На что им плюс? –

      Дорожкинцы в цинизм одеты

      при отмывании бюджетного рубля,

      от попустительства той власти,

      юлит в отписках что, подарочки деля,

      среди «Тропинки» и… отчасти.

      И фестиваль «Литературный марафон»

      направлен против всех талантов:

      «Уйди же, стимул, из литературы вон, –

      чеботарёвцам больше грантов!

      Ведь Ивлиевой развлечения нужны,

      литературный фонд на это.

      Мы с ним погреемся в Крыму, не жаль казны, –

      в судах расхолодило лето.

      О, судей «независимость», нам жить даёшь,

      стабильно нет на нас управы,

      а чуть что: деньги извели на молодёжь, –

      культурные пусть знает нравы.

      На эпиграммы не привыкли отвечать?

      Мы реем над ямбохореем,

      украсть велит в активе круглая печать,

      на зависть делать то умеем.

      Для популяризации никчёмных книг,

      но издаваемых по блату,

      отнимем деньги мы у матерей и вмиг

      свершим Дорожкиной доплату.

      Девиз наш: лишь того, кто лучше, не издать!

      Пусть настоящие поэты

      обиду будут ощущать, на то плевать,

      ведь сыты мы и приодеты.

      Но то – вершина айсберга! Подводный мир

      наш подкупной, и этим дорог…

      Цинизм Тамбовский так логичен: подкорми…

      и вирши выйдут из задворок».

      Подслушал монолог начальства я не зря,

      всё Конституции согласно.

      Такой ведь наглости нет даже у царя,

      продолжу раскрывать опасность.

      Чтоб бесталанным членами Союза стать

      нужна российская поддержка,

      пока за них – властей Тамбовская печать

      и телевидений тележка.

      И вот сопредседатель, первый секретарь,

      московский критик в списке сметы,

      предвзятость вновь вознесена во всём! Как встарь,

      вздыхают местные поэты.

      По смыслу всё предназначалось лишь для них…

      чиновничество же решило:

      бюджет себе, Дорожкиной и тем, кто лих,

      часть – для российского страшила.

      Полгода возмущался автор этих строк

      мошенничеством, беспределом,

      но соучастников средь власти круг широк –

      бюджетом мафия владела.

      Несправедливостью отринутый поэт

      попался в зубы той акулы,

      что ест всегда лишь тех, несёт в себе кто свет,

      не зря же вирусы к ней льнули,

      коррупцией в законе власти заразив.

      В подводном озверелом мире

      ей легче наживаться без альтернатив,

      чтоб с жиру равной быть транжире.

      Под видом фестиваля, тайно, воровски,

      ублажив фальшь, присущей «приме»,

      умаслив приглашённых из Москвы-реки,

      она амёб в ту лужу примет

      вне конкурсов, в макулатуру превратив

      бюджет, известность – в эйфорию.

      Дорожкина за «пыль в глаза» (герой почти), –

      в обман ввела «Википедию»,

      для каковой лишь книг количества важны.

      В Тамбове издают за славу,

      что дарят за подхалимаж и блат чины,

      поэтам же дают отраву,

      невидимую в мутной порченой воде.

      Ликует бешено угроза,

      что инфузории начнут царить везде,

      назло правдивости прогноза:

      «В болоте затхлом упомянутый Союз

      оставит троп следы да рожки.

      Наседкин пошл сполна, в пороках не кургуз, –

      закуска той сороконожки».

      Дорожкинской «Тропинкой» многоножку звать,

      исчадие то блата, Ада.

      Взаимной меной премий стали награждать,

      так целесообразно, надо!

      Однако взбунтовался Лермонтов в Раю,

      его ведь имя оскорбили:

      за блат, за стихоплётство вирш, – в его краю

      Знобищеву с ним погнездили.

      Фальсификацию одобрил Кузнецов:

      «С бюджетом кто «на ты» – двулицы!

      Дорожкина – кукушка для своих птенцов,

      «Тропинки» члены – проходимцы.

      На премии вне конкурсов пусть их суют,

      им думать незачем учиться:

      да не испортят мыслями в стихах уют,

      их жизнь во лжи – бюджет-таблица…

      С горы бюджета сбрасываем грязь болот
      и родником зовём теченье.

      Дискредитации не нужен поворот,

      сравнение – есть отвлеченье.

      Закрыли мы бездушной фальшью родники

      «чужой» поэзии и прозы,

      законам, разуму и сердцу вопреки

      в почёте вирши безголосы.

      В Союзе, что писательским зовут, – лишь ложь,

      потворствуют обману члены,

      итоги круглого мошенничества сплошь

      для литераторов плачевны».

      «Стилистика нарушена ведь не у нас»,

      Дорожкина меня винила.

      У полуграмотной не ночевал Пегас,

      не мог он сесть в бездумье ила.

      А председатель комитета культа лжи

      Тамбова Фёдоров – шестёрка

      бюджетной мафии, доволен, что изжит

      Я Ивлиевой мародёркой.

      Руководитель связи с бесами Бычков:

      «Мы мафии все деньги дарим,

      считая ревизоров за лишь дураков,

      мечтаем о Российской гари.

      Тамбова радио поддерживает нас,

      особенно слуга Шмелёва.

      По нраву ей и порнографоман Niknas,

      считает, что порнуха – клёво»!

      Шмелёва рассказала людям про хмыря,

      энцефалите при Тамбове

      Наседкине; как ждёт, «Люпофью» дев дуря,

      он «Маньку» с «Васькой» наготове…

      Наседкину потворствует и Доровских

      растлением иного рода:

      по плану Даллеса возносит он плохих

      писак в угоду бесам, шкода!

      «Не в качестве стихов, а в выгоде вся соль» –

      таков приказ Чеботарёва.

      А Бетин: «в замы за придумки – славны роль

      и смысл отписочного слова…

      Уволена юрист Попова мной уже

      другим чтоб неповадно было

      лишать коррупции власть в нашем этаже,

      без грабежа она уныла.

      Юрист Попова прокуроров бы смогла

      привлечь и к долгу, и к работе…

      Но взятки с Ивлиевой – не один оклад, –

      корысть бюджетная – по моде!

      Дорожек вне мы родники закроем все,

      бюджет разделим лишь по блату.

      Пусть некоммерческий поэт ещё босей –

      возрадуемся зла параду…

      Мы с Ивлиевой наложили и запрет

      публиковать стихи без взяток…

      Мы конституцию топтали много лет,

      утрём судом с неё след пяток!

      В защиту провокации коррупций всё, –

      учитесь судьи, прокуроры,

      да здравствует для выходцев «чужих» лассо,

      пусть в нашу пользу будут споры»!


      ... Как рады были судьи все уже вдали

      Дорожкину свою увидеть

      с блатным бюджетом! В Ад преступницу вели,

      быков ведут так на корриде!

      Здесь «независимые» властные «быки»

      в Аду, греша, едят друг друга.

      Дрожит Дорожкина – все подлецы горьки,

      она лишь пахнет от испуга…

      Но судьям просто так очиститься нельзя,

      сожрав в Аду Иуду даже,

      ведь каждый демон в бесконтрольности предвзят,

      будь в мантии он или в саже…

      Наседкина чернеют кости под котлом

      и членов падшего Союза

      писателей. За трусость-грех им поделом –

      они ползли по жизни юзом.

      Творения их равнодушие взнесло,

      метнуло в Ад, за то, что врали…

      Дотации от коррупционеров – зло

      и для писательской морали.

      Среди чертей «википедийский дядя Фред»

      признал в Чеботарёве брата,

      изводит кто поэзию, хваля лишь бред,

      организуя фальшь парада.

      Мерзавки из «Научного» совета тут:

      то неучи в стихах, в культуре,

      их как «экспертов» стихотворства черти жгут

      и удивляются злу в шкуре.

      Земцова, Ивлиева, Кротова, Мороз,

      Дорожкина, Наседкин также,

      в бюджете всех их нечестивый симбиоз

      на лицемерии заквашен.

      Ложь Громовой и Патриной не испарить,

      как Романенко врут все снова,

      а Киселёвой и Дорошиной на прыть

      в угаре вторит Ходякова.

      Для мафии, судов, лжецов и Сатаны

      полезен, духом нищ, Канищев,

      но он и все в Аду за кривду сожжены,

      моральный климат станет чище…

      Но будет всё потом, пока что отдана

      вся власть тому, кто правит гадко.

      И в мафии он первый… Кто же Сатана?

      От Бога эта Вам загадка.