• Лев Игнатьев "На Долгом"

    На Долгом
    Новелла

    Озеро Долгое со всех сторон окружено лесом. Ориентируется оно с северо-запада на юго-восток, ближе к северо-южному направлению. Ветра на нем дуют только вдоль, с двух направлений. Замечено, что рыба ловится, как правило, при волне с южной стороны. Однако в жаркие месяцы и при этом не всегда. Опыт мне уже показал, что в жару ловить там не имеет смысла. Оно и понятно: недостаток кислорода в стоячей воде... Почему рыба не питается в теплые дни при северных ветрах, когда, казалось бы, с прохладой она должна получить облегчение, разгадать мне не удается. Некоторые рыболовы подобные явления объясняют условным рефлексом, сложившимся под влиянием преимущественных холодных ветров. Но, думаю, это неубедительно.

    Однажды я имел счастье наблюдать редкий случай нетипичного поведения рыбы и, собственно говоря, был участником этого события.

    Солнце опустилось за деревья. На озере стоял абсолютный штиль. До конца вечерней зорьки оставалось меньше часа, а в садке — ни рыбки. С досадой думаю: даже Муське полакомиться нечем. А условия сложились подходящие: с утра потягивал северный ветерок, но к вечеру стих, атмосферное давление держалось около стандартного, и ничто не предвещало изменения погоды — все, кажется, благоприятствовало рыбалке, а клева не было с самого утра. Выбрасываю в воду всю оставшуюся прикормку, выбираю самую лакомую приманку,опускаю насадку на дно; спустя некоторое время, чуть приподнимаю, потом поднимаю выше: «прощупываю» толщу и дохожу до «полводы» — бесполезно. Морит жажда, появляется усталость, сонливость. Смотрю на часы, собираюсь сматывать удочки. Окидываю прощальным взглядом красоты озера и замечаю: на вороненой поверхности то там, то тут начали расходиться кружочки волн, затем раздаваться всплески, сначала мелкие, потом все сильнее, а через десять минут озеро будто закипело! Рыбы начали высовывать мордочки из воды и, подобно плавному перекатыванию через горку, показав спинной плавник, мелькнув перышками хвоста, погружались... Более крупные проплывали на такой «горке» до метра.

    Минут пять зачарованно смотрел я на происходящее, позабыв про удочки. Затем спохватился: надо же скорее бросить приманку на поверхность, без грузила! Тут же облегчив леску, размахнулся удилищем, но с одним поплавком заброс не удался. Пришлось поставить маленький грузик... Наконец забросил. Поплавок без промедления лежа заскользил по поверхности. Засечка слилась воедино с вываживанием — добрая рыбина взлетела с воды и, перелетев через заросли кувшинок и камыша, тяжело шлепнулась к моим ногам. Каждые полторы-две минуты я выхватывал рыбку за рыбкой в 200—400 граммов. Подсачивать не имело смысла — достаточно было использовать инерцию движущейся рыбы. Главное — надо было успеть засечь прежде, чем она выбросит крючок, а подсеченная на ходу и повернутая головой к берегу, она не успевала оказывать обычного сопротивления.

    Игра наскучавшей в теплой, бедной кислородом воде рыбы продолжалась еще минут двадцать и прекратилась так же внезапно, как и началась. Улов перекрыл все прошлые — за неделю. Примечательно то, что была не одна порода рыб, как при игре стаи леща, а к тому же попадалась и густера, и плотва, и красноперка, и даже подъязек.

    Разумеется, следующим вечером я с нетерпением ждал рыбьей игры. Но сгустились сумерки, а счастливых минут так и не дождался.

    Ответить Подписаться